Любви страстной, беспокойной, то сладкой, то горькой, как полынь, какую прежде возбуждала во мне Наталья Гавриловна, уже не было; не было уже и прежних вспышек, громких разговоров, попреков, жалоб и тех
взрывов ненависти, которые оканчивались обыкновенно со стороны жены поездкой за границу или к родным, а с моей стороны — посылкой денег понемногу, но почаще, чтобы чаще жалить самолюбие жены.
После того, что произошло у меня за чаем и потом внизу, для меня стало ясно, что наше «семейное счастье», о котором мы стали уже забывать в эти последние два года, в силу каких-то ничтожных, бессмысленных причин возобновлялось опять, и что ни я, ни жена не могли уже остановиться, и что завтра или послезавтра вслед за
взрывом ненависти, как я мог судить по опыту прошлых лет, должно будет произойти что-нибудь отвратительное, что перевернет весь порядок нашей жизни.
Неточные совпадения
Считая неспособность к сильным
взрывам чувств основным достоинством интеллигента, Самгин все-таки ощущал, что его антипатия к Безбедову разогревается до
ненависти к нему, до острого желания ударить его чем-нибудь по багровому, вспотевшему лицу, по бешено вытаращенным глазам, накричать на Безбедова грубыми словами. Исполнить все это мешало Самгину чувство изумления перед тем, что такое унизительное, дикое желание могло возникнуть у него. А Безбедов неистощимо бушевал, хрипел, задыхаясь.
Но часто, особенно с неизлечимыми, хроническими больными, вся сила привычки и все усилия воли не могут устоять перед
взрывами ярой
ненависти отчаявшегося больного к врачу.
Эта угроза, как мне потом передавала та же очевидица события, была произнесена с такой страстной
ненавистью, таким решительным, пророческим тоном, что на мгновение вся толпа как будто бы оцепенела, но только на мгновение, потому что тотчас же раздался новый
взрыв брани.
В революции есть демониакальный элемент, в ней происходит
взрыв духа мести,
ненависти и убийства.
Любопытен был для меня и тот
взрыв всеобщей
ненависти, с которою все у нас накинулись тогда на «буяна и столичного бретера».
Глубокое отъединение, глубокая вражда лежит между мужчиною и женщиною. В душах — любовь к мучительству и мученичеству, жажда власти и жажда унижения, — все, кроме способности к слиянному общению с жизнью. Душа как будто заклята злым колдуном. Горячо и нежно загораются в ней светлые огоньки любви, но наружу они вырываются лишь темными
взрывами исступленной
ненависти. Высшее счастье любви — это мучить и терзать любимое существо.
После первого
взрыва отношения Глеба к Акиму и его мальчику ни на волос не изменились; мужики что дети: страх,
ненависть, примирение, дружба — все это переходит необыкновенно быстро и непосредственно следует одно за другим.
В душе моей кипит
ненависть, я чувствую, что еще минута и — я за себя не ручаюсь, произойдет
взрыв, но деликатность и боязнь нарушить хороший тон заставляют меня повиноваться дамам.